Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

а в глубине души ощутит облегчение. Хилари догадывалась, что Найджел чувствовал свою вину перед ней и тяготился этим, так как предпочитал быть в мире со своей совестью.

Как бы то ни было, Найджел казался чем-то далеким и незначительным. Теперь нужно проглотить таблетки, лечь в кровать и заснуть сном, от которого не просыпаются. Хилари не была религиозной — по крайней мере, не чувствовала себя такой. Смерть Бренды подвела черту под всем. Она снова, как и в аэропорту Хитроу, отправлялась в путешествие, но на сей раз к неизвестному месту назначения, не отягощенная багажом и не тронутая прощаниями. Впервые в жизни она была полностью свободна и могла поступить так, как считает нужным. Прошлое было отрезано. Щемящее, мучительное чувство горя наконец исчезло. Она готова отправиться в последнее путешествие.

Хилари протянула руку к первой таблетке. В этот момент в дверь негромко постучали. Она нахмурилась — рука задержалась в воздухе. Кто это может быть? Горничная? Нет, постель уже приготовлена. Возможно, кто-то насчет паспорта или других документов? Хилари пожала плечами. Она не станет открывать. К чему зря беспокоиться? Кто бы это ни был, он скоро уйдет, решив зайти в другой раз.

Стук повторился — теперь он звучал громче. Но Хилари не двинулась с места. Она посмотрела на дверь, и внезапно ее глаза расширились от изумления. Ключ медленно поворачивался в замке, потом вылетел из скважины и упал на пол с металлическим звоном. Потом ручка повернулась, дверь открылась, и в комнату вошел мужчина. Хилари узнала в нем молодого человека с совиным лицом, который покупал зубную пасту. Она уставилась на него, слишком удивленная, чтобы что-нибудь говорить или делать. Молодой человек закрыл дверь, подобрал ключ, вставил его в замочную скважину и снова повернул. Потом он подошел к столику, за которым сидела Хилари, и сел напротив нее.

— Моя фамилия Джессоп, — представился он.

Хилари покраснела от гнева.

— Могу я узнать, что вы здесь делаете? — сердито осведомилась она.

Незнакомец серьезно посмотрел на нее.

— Забавно, — промолвил он. — Я пришел задать этот вопрос вам. — Он кивнул в сторону таблеток.

— Не знаю, что вы имеете в виду, — резко сказала Хилари.

— Отлично знаете.

Хилари лихорадочно подыскивала слова. Ей хотелось сказать так много — выразить свое возмущение, велеть ему убираться вон. Но, как ни странно, победило любопытство. Вопрос сам собой слетел с ее губ:

— Ключ повернулся в замке сам по себе?

— Ах это! — На лице молодого человека мелькнула мальчишеская усмешка. Он сунул руку в карман, извлек оттуда металлический инструмент и протянул его Хилари. — Весьма удобное орудие. Если вставить его в замок с противоположной стороны, оно цепляет ключ и поворачивает его. — Он забрал инструмент и вернул его на прежнее место. — Им пользуются грабители.

— Значит, вы грабитель?

— Нет-нет, миссис Крейвен, будьте ко мне справедливы. Я ведь стучал — а грабители не стучат. Но когда я понял, что вы не намерены открывать, мне пришлось этим воспользоваться.

— Но почему?

Глаза посетителя вновь устремились на таблетки.

— На вашем месте я бы этого не делал, — сказал он. — Вы думаете, что просто заснете и не проснетесь. Но это не совсем так. Снотворное вызывает множество неприятных эффектов — судороги, иногда гангрену. Если ваш организм будет сопротивляться, кто-то может вас обнаружить, и тогда последуют всевозможные непривлекательные процедуры — пощечины, искусственное дыхание, горячий кофе, касторка, промывание желудка. Уверяю вас, в этом мало радости.

Хилари откинулась на спинку стула, прищурившись и стиснув руки в кулаки. Она заставила себя улыбнуться:

— Что за чушь! Вы вообразили, будто я пытаюсь покончить с собой?

— Не только вообразил, — ответил молодой человек по имени Джессоп. — Я в этом уверен. Я был в той же аптеке, где побывали вы, — искал зубную пасту. У них не оказалось нужного мне сорта, поэтому я отправился в другую аптеку. Там снова были вы и опять покупали снотворное. Мне это показалось немного странным, и я последовал за вами. Покупать одни и те же снотворные таблетки в нескольких местах можно только с одной целью.

Его голос был дружелюбным, но уверенным. Посмотрев на него, Хилари перестала притворяться.

— А вам не кажется непростительной наглостью пытаться мне помешать?

Подумав, он покачал головой:

— Нет. Есть вещи, которые нельзя не делать, — если вы понимаете, что я имею в виду.

— Вы можете остановить меня сейчас, — горячо продолжала Хилари, — забрать таблетки, выбросить их в окно или еще куда-нибудь, но вы не в силах помешать мне завтра купить их снова, так же как и прыгнуть в окно верхнего этажа или броситься под поезд.

Молодой человек снова задумался.

— Согласен — я не могу вам помешать. Но вопрос в том, захотите ли вы сами сделать это завтра.

— Думаете, завтра я буду чувствовать себя по-другому? — с горечью осведомилась Хилари.

— Такое бывает, — тоном извинения отозвался Джессоп.

— Возможно, если вы так поступаете в минуту отчаяния, но не когда вы принимаете решение хладнокровно. Дело в том, что мне незачем жить.

Джессоп склонил набок совиную голову.

— Интересно, — заметил он.

— Ничего интересного. Я вообще не очень интересная женщина. Муж, которого я любила, бросил меня, мой единственный ребенок мучительно умер от менингита. У меня нет ни родственников, ни близких друзей.

— Ситуация не из легких, — согласился Джессоп и неуверенно добавил: — Но вам не кажется, что нельзя лишать себя жизни?

— Почему нельзя?! — горячо воскликнула Хилари. — Это моя жизнь!

— Да-да, — поспешно сказал Джессоп. — Я не претендую на образец высокой морали, но многие люди считают, что так делать нельзя.

— Я к ним не принадлежу, — отрезала Хилари.

— Разумеется. — Джессоп задумчиво смотрел на нее.

— Тогда, мистер… э-э…

— Джессоп, — подсказал молодой человек.

— Тогда, мистер Джессоп, вы, возможно, оставите меня одну?

Но Джессоп покачал головой:

— Пока что нет. Сначала я просто хотел узнать причину. Теперь я ее знаю — вам больше незачем жить, и мысль о смерти кажется вам привлекательной.

— Да.

— Отлично! — весело произнес Джессоп. — Теперь мы знаем, где находимся. Давайте сделаем следующий шаг. Это обязательно должны быть снотворные таблетки?

— О чем вы?

— Ну, я уже говорил, что их действие не так романтично, как вам кажется. Прыгать в окно тоже не слишком приятно — от этого не всегда умирают мгновенно. То же касается и намерения броситься под поезд. Я имею в виду, что существуют и другие способы.

— Не понимаю.

— Я предлагаю иной метод — спортивный и возбуждающий. Буду с вами откровенен — есть один шанс из ста, что вам не удастся умереть. Но я не верю, что