Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова

— Прости, старик, я думал, что ты поел раньше.

По ресторану витали запахи супа, соусов и жареного мяса. От них в желудке у Реджа началась «революция», и ему пришлось зажимать его рукой изо всех сил.

— У тебя мятый пиджак, — пробурчал старик Латимер, и Редж одёрнул обшлага и постарался немного разгладить пиджак руками.

Все его пассажиры прибыли на обед одновременно. Реджу пришлось разрываться, чтобы приветствовать их, принимать заказы и не заставить никого ждать слишком долго. Мистер Грейлинг опять пришёл без супруги. Реджу он пояснил, что она непременно поправится к ужину. Должно быть, после службы у всех разыгрался аппетит, потому что заказы были особенно сложные — все хотели и закуски, и супы, и основные блюда, гарниры и пудинги. Возблагодарив Господа за пищу, все почувствовали себя вправе есть, не испытывая мук совести. Он всё носил одну за другой тарелки, полные дымящейся еды, а голод продолжал атаковать живот, желудочные соки словно выжигали его изнутри. Редж успокаивал себя мыслями, что в три часа в столовой для персонала он не останется без добавок и положит себе столько, сколько сможет вместить тарелка.

Настал час дня, потом пробило час тридцать, затем два. К половине третьего у Реджа оставалась пара столов, да и то за одним из них уже перешли к десерту. С другого он уже убрал тарелки из-под горячего, ловко сложив их таким образом, что самая полная оказалась наверху — и на ней он приметил нетронутый филе-миньон под соусом. Леди, которая его заказала, лишь расковыряла пюре, оставив овальный кусок мяса в первозданном виде, как его выложили на кухне. Редж никогда в жизни не пробовал филе-миньон, но слышал, что мясо в этом блюде настолько нежное, что тает во рту, и его даже не нужно жевать. Живот заурчал, настоятельно требуя съестного.

Он прошёл через крутящуюся дверь в кладовку и направился к мойке. Он быстро огляделся вокруг, народу было много, но все были заняты работой: кто-то заканчивал украшать десерт, кто-то драил кастрюли, другой прикрывал остатки еды и убирал их в шкаф. Редж поставил тарелки на край стола, ещё раз окинул взглядом помещение, а затем быстро взял кусок мяса и откусил. Оно было великолепно, превосходило все его ожидания. Мягкое, словно бархат, и очень душистое. Он проглотил кусочек и не смог удержаться от того, чтобы не откусить ещё. Это было роковой ошибкой, как он понял потом.

Жадность заставила вора вернуться за оставшимся серебром, и он был застигнут врасплох. Его рот был набит мясом, а в руке он ещё держал филе, и в этот момент В кладовку вошёл Латимер и устремился прямо к Реджу.

— Партон, что ты творишь?

Если попытаться проглотить мясо целиком, он задохнётся, однако продолжить жевать тоже было невозможно. Тогда Редж попытался ответить с мясом во рту, переместив его под язык.

— Нитeфo, фер, — выдавил он. И тут же закашлялся так, что пришлось выплюнуть недоеденное мясо себе в руку. Нет, у него во рту оно всё-таки не растаяло.

— А если бы кто-нибудь из гостей, проходя мимо, заглянул сюда и увидел, как ты набрасываешься на объедки, словно жалкий пёс! Это будет записано в твоём деле, Партон. Я думал, что после вчерашнего ты возьмёшь себя в руки. Однако, похоже, ты совсем не дорожишь своим местом.

Редж прошептал, повесив голову:

— Я очень дорожу, сэр. Мне жаль…

— Возвращайся к своим столикам. — И Латимер удалился, упиваясь властью.

Редж пригорюнился. Он был записан на обслуживание ресторана первого класса на обратном рейсе «Титаника» в Саутгемптон. После такого его точно понизят до второго или третьего класса. В первом классе надлежало демонстрировать высший уровень обслуживания, тут не было места для несовершенств и безалаберщины.

— Не повезло, старик, — заметил Джон, когда они стояли в очереди за едой в столовой для персонала. — Мы все лажаем время от времени, но если тебя поймали сразу после случая с той бабой-идиоткой, это совсем хреново. Тебе придётся работать вдвое больше и так удивить их, чтобы они поняли, что без тебя им не справиться.

— У тебя бывает желание повернуть часы на тридцать секунд назад? Мне пришло в голову, что какие-то тридцать секунд, и я уже очистил бы тарелки и составил их около мойки. И уже возвращался бы к своим столикам. — Он вздохнул. — Не знаю, Джон, мне кажется, я сыт по горло этой жизнью. Не представляю, как я буду заниматься этим и дальше из года в год. Но если я соберусь увольняться, мне лучше иметь чистый послужной лист. Надо было уйти перед этим рейсом. Не стоило подряжаться на «Титаник».

Джон был ошарашен:

— Да у тебя тут отличная карьера! Все мечтают о такой работе, как у нас. Почему бы тебе не поговорить со смотрящим и не объяснить ему, что произошло, когда ты уронил тарелки. Он может переговорить с Латимером, и всё уладится.

Смотрящим называли старшего стюарда по спальному помещению.

— Я подумал, не перемолвиться ли мне словечком с Тигром. — Тигром звали личного официанта капитана, эту роль при капитане Смите Редж выполнял в предыдущем рейсе.

— Неплохая идея. Я уверен, что тебе удастся так или иначе замять это дело ещё до нашего прибытия в Нью-Йорк.

Редж сосредоточился на говяжьем рагу в своей тарелке, и почти тут же ему на зуб попался хрящ. Несмотря на долгое тушение, эту говядину надо было усиленно жевать, прежде чем её можно было проглотить, не сравнить с тем волшебным кусочком вырезки. Да, он поговорит с Тигром, так он и поступит. Если тот замолвит словечко капитану Смиту, то всё можно будет уладить. Капитан Смит симпатизировал Реджу. За время последнего плавания они если не сдружились, то, по крайней мере, сблизились.

— Эй, Редж, — окликнул его официант, сидевший за другим столиком итальянец из ресторана а-ля карт «Гатти», — я пока не нашёл девушку твоей мечты, но продолжаю её искать.

— А кто эта девушка твоей мечты, Редж? Мы её знаем? Это толстуха Этель с кухни? — последовал общий хохот с соседних столиков, но Редж не обратил на них внимания.

Хотя он снова задумался над тем, где же всё-таки столовалась та барышня. С какой стати садиться на судно, которое славится своими роскошными условиями, и не воспользоваться ими? Приходилось признать, что она была загадочной пассажиркой. Может быть, она безбилетница? На всех огромных судах всегда были безбилетники. Точное их количество никто определить не мог, а спрятаться легче всего в первом классе, потому что