Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

Я чуть голову себе не свернула, но всё-таки вспомнила одну историю, произошедшую в чайном доме у подножия моей горы.

– Вот, например, я как-то заметила, что в определённые дни месяца обед подают неопрятно. Тут соус через край перелился, там фрукты все сбились в уголок, в общем, как будто несли небрежно. Отец стал ругать служанку, которая приносила блюда в эти дни. Раз отругал, второй, третий, девушка плачет, а ничего не меняется: на следующий раз снова такая же история. Отец уже собирался её выгнать, но мне стало интересно, ведь в другой работе она не была такой неуклюжей. Я расспросила слуг, и оказалось, что в эту служанку влюбился сын кухарки.

Чалерм наконец не выдержал и прыснул, но я засчитала это за свою победу.

– Ничего смешного! – заявила я, подняв палец. – Всё было очень серьёзно. Девушка могла несправедливо пострадать! Понимаете, кухарка была из тех женщин, что, в одиночку вырастив сына, считают его воплощением небесного бога на земле, а всех невест в мире – недостойными его великой добродетели. И потому в те дни, когда обед относила эта служанка, кухарка нарочно портила вид блюд, чтобы её подставить, представляете? Чтобы её выгнали или продали в цветочный дом!

– И что вы сделали? – спросил Чалерм, продолжая ухмыляться.

Я припомнила, что сделала хозяйка чайного дома, которая мне всё это и рассказала.

– Перевела девушку с кухонных дежурств на уборку спален, чтобы она с кухаркой больше дела не имела. Вот и всё!

– И что, – задумчиво спросил учёный, – девушка оказалась достойной своего избранника?

Мне почудилось в этом вопросе какое-то двойное дно, так что я решила не отвечать прямо.

– Во-первых, не избранника, а ухажёра. Он-то в неё влюбился, а вот насчёт неё я ничего не говорила. А во‑вторых, это уже совсем другая история. Вы просили пример решённой проблемы, я и рассказала. Дела сердечные – это не ко мне.

Он сощурился на меня и некоторое время молчал. Я почувствовала себя неловко, а потом и вовсе забеспокоилась под его пристальным взглядом: уж не заподозрил ли чего? Может быть, молодой жене видного охотника не стоило говорить, что её не интересуют сердечные дела. Наконец учёный бросил быстрый взгляд в раскрытую на столе книгу.

– Ученики часто оказываются на охоте с тупыми мечами. Попробуете решить?

Я прикинула. В моём клане нерадивому ученику, который не точит свой меч регулярно, уши бы надрали, и дело с концом. Но, помнится, Чалерм к ученикам относился как-то трепетно…

– А какие у меня есть полномочия?

Он нахмурился:

– Полномочия? Ваша задача – выяснить и доложить мне.

– Для этого мне, по крайней мере, нужно, чтобы они согласились со мной разговаривать, – заметила я. – Если я просто подойду к произвольному ученику и скажу, мол, я тут обывательница, жена наследника, по поручению праата Чалерма, отвечай-ка на мои вопросы, он ответит?

Чалерм помрачнел и сунул руку под стол. Там, видимо, была полка, и с неё он извлёк плоскую шкатулку, отпер её ключом, что висел у него на запястье, и достал из неё лист бумаги с какими-то почеркушками. Затем шкатулку запер и убрал, а на листе написал несколько строк и протянул мне.

«Пранья Кессарин Саинкаеу уполномочена от моего имени следить за порядком в объёме моих полномочий».

И подпись, совершенно другим почерком – Вачиравит Саинкаеу.

Ого, выходит, у Чалерма там целая шкатулка чистых листов с подписью Вачиравита? Вот бы мне до них добраться! Может, получится пролезть сюда, пока он будет где-нибудь по делам?.. А ещё интересно, что он на них обычно пишет? Я перечитала документ. «Следить за порядком» – это очень размыто, но уточнять мне не захотелось, ещё запретит что-нибудь… А так можно трактовать, как угодно.

– Достаточно? – нетерпеливо спросил Чалерм.

У меня оставалась куча вопросов: какие именно ученики не точили мечей? Кто отвечал за их наказания? Какие наказания в ходу? Кто жаловался на тупые мечи? Но я пришла сюда, чтобы помочь Чалерму и сделать за него часть его работы, сохранив его время. Если я потрачу столько же на расспросы, я не добьюсь своего, а меж тем моё время не ограничено, так что я могу спокойно расспросить всех остальных.

– Есть ли у вас схема, кто кому подчиняется в клане? – всё-таки спросила я. – Если нет готовой, то я обойдусь, но вдруг?

Учёный снова нахмурился, но встал и снял с полки пухлую и сильно потрёпанную книгу.

– Схемы нет, но есть список назначений.

Я радостно сцапала книгу и быстро заглянула внутрь. Прекрасно, тут даже должностные обязанности перечислены! Хоть разберусь, кто за что отвечает.

– Отлично, – улыбнулась я. – Зайду в конце дня, отчитаюсь.

Чалерм облегчённо кивнул и выжидательно посмотрел на лестницу. Ухожу, ухожу, не обязательно так явно намекать!

Глава 10

Курятник без петуха

Выйдя, я первым делом села на землю у подножия древодома и пролистала список. Из него я поняла следующее.

Во-первых, власть над кланом была поделена между братьями, и не то чтобы поровну. Всем, что касалось охот, обучения и приумножения махарьятских знаний, занимался Вачиравит. То есть все ученики, учителя и действующие охотники в конечном итоге подчинялись ему, и на нём же лежали все вопросы их жизнеобеспечения. За всё это он отвечал перед Арунотаем. Арунотай же сам занимался в основном вопросами внешними: он получал заявки на охоты и собирал оплату с обывателей, поддерживал отношения с кананом и другими кланами, организовывал праздники и межклановые соревнования, а кроме того, закупал всё необходимое для жизни клана и нанимал работников. Это, по крайней мере, объяснило мне, почему моими сундуками Арунотай занимался не сам, а через Чалерма: очевидно, я относилась к сфере жизнеобеспечения махарьятов клана как жена одного из них. А вот кто отвечал за творящееся на пике, из этой книжечки мне яснее не стало. Вопрос отношений с амардом тут вообще не поднимался.

Во-вторых, слуги, живущие на горе, делились на два сословия: временно нанятые работники, которым платили серебром, и постоянная прислуга, работающая за кров и еду и получающая только редкие денежные награды по праздникам. Вторые жили здесь целыми семьями много поколений и не знали никакого другого дома, хотя по закону не были невольниками и при желании могли покинуть гору и податься куда угодно. Вот и Буппа, похоже, попадала теперь в это сословие.

Ну что ж, ознакомившись со здешним укладом, можно и делом заняться. Я встала, огляделась и заприметила вдалеке группу учеников, скучающих около площадок для фехтования. К