Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 1 - Татьяна Юрьевна Степанова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Опрос, как и все предыдущие справки, касался в основном распорядка дня дома — сиделка рассказывала о внуках Салютова и его престарелой тетке — Полине Захаровне Смелянской, смотреть за которой она и была нанята. О Марине Салютовой сиделка сначала вообще не упоминала, однако...
Катя еще раз перечитала заинтересовавшую ее фразу: "Мадам наша сильно сдала после смерти мужа, но все же за собой по-прежнему очень следит. Кажется, даже больше, чем прежде. Порой сядет перед зеркалом в спальне и смотрит на себя, смотрит... Ну и, конечно, раз такое дело, и деткам польза выходит. Каждый четверг к десяти утра возит их в спортклуб в Крылатское. Дорогущий клуб-то, фитнес какой-то там... Абонемент у них там на все занятия. «Ребятишки в бассейне с тренером персональным полощутся, ну и мадам тоже себя не забывает...»
Катя порылась в шкафу, извлекла справочник по Москве. Итак, спортклуб в Крылатском, дорогой фитнес-клуб... Так и есть! Как она и думала — фитнес-центр «Планета Атлантида». Тренажерные и спортивные залы, бассейн с морской водой и мини-аква-парком, косметические кабинеты, сауны, солярии, гидромассаж, залы ароматерапии, специальные программы спортивного досуга для детей, боулинг, теннис, мини-футбол, восточные единоборства. О «Планете Атлантида» Катя кое-что слышала, и если действительно Марина Салютова вместе с детьми посещает этот клуб, то... Завтра как раз у нас четверг, значит...
Катя схватилась за телефон, набрала рабочий номер Кравченко — занято! Ну, как всегда! Набрала номер мобильного. Ну?
— Да, я!
Она поморщилась: отчего это, скажите на милость, когда «драгоценный В.А.» дежурит в качестве начальника личной охраны при особе своего работодателя Чугунова, голос у него по телефону, как у злющего голодного барбоса?
— Это я, Вадичка, привет.
— Привет, — хмыкнул Кравченко, — давно не виделись, mon ami?
— Дело серьезное, слушай, — жарко зашептала Катя. — Помнишь, ты мне про клуб «Атлантида» рассказывал?
— Ну?
— Баранки гну! Помнишь или нет?
— Помню.
Подоплека этого обмена репликами была следующей: спортклуб «Планета Атлантида» являлся одним из самых дорогих и фешенебельных клубов столицы, и членская карточка его стоила сумасшедших денег. Однажды Кравченко рассказал Кате офисную байку о том, как секретарша его работодателя Чугунова Анна Павловна, пятидесятилетняя дама, страстно пекущаяся о своем здоровье и увядающей внешности, раскрутила Чугунова на царский подарок ко дню рождения — клубную карту «Атлантида». Кравченко рассказывал об этом с завистью, не преминув сообщить Кате, что секретарша многие годы являлась любовницей Чугунова и, даже когда тот по причине преклонного возраста «начал уже жить полностью для себя», сумела сохранить и его расположение, и дружбу, и щедрость. Залогом всего этого и стали различные подарки — в том числе и полностью оплаченная годовая клубная карточка.
Кравченко, как помнилось Кате, рассказывал все это еще и к тому, что в свое время он крупно помог секретарше Чугунова — вывозил из милиции ее несовершеннолетнего племянника-наркомана, замяв дело и скандал. И благодарная Анна Павловна намекнула, что «пожалуй, сможет помочь» через Чугунова в получении такой же оплаченной спорт-карты и для самого Кравченко. Но тогда дело так и заглохло — «драгоценный В.А.» посчитал неприличным брать мзду за свою рыцарскую услугу.
— Достань карту, срочно надо, всего на один день, на завтра, — выпалила Катя. — Костьми ляг, но достань. Это по делу казино, помнишь, я говорила? И если можешь, позвони туда сам, ну в эту «Атлантиду», как-нибудь наведи справки — ты это умеешь, — действительно ли этот клуб посещает... запиши имя, а то забудешь — Марина Салютова, Львовна ее отчество. Если посещает, когда именно, по каким дням. А то я боюсь, они тут что-нибудь перепутали!
— Кто это они? — хладнокровно осведомился Кравченко.
— Наши пинкертоны. Если все верно и у нее сеансы с утра по четвергам, значит, мне обязательно нужна на завтра карта. Попроси у... ну, в общем, сам знаешь у кого, соври что-нибудь.
— А если взамен этого жалкого куска пластика у меня потребуют мое тело и доброе, нежное, любящее сердце? Как быть? Идти на любые жертвы?
— Любящее и нежное отдай. Тело тоже.
— А если ничего не выйдет?
— Тогда лучше домой сегодня не приходи, — брякнула Катя. Дала отбой, вздохнула: вот так, наверное, и помыкала своим дедком старуха, посылая его за новым корытом к капризной золотой рыбке!
Кравченко перезвонил через час. Отчитался со скромным самодовольством: ажур, разве передо мной может кто-то там устоять? К счастью, карта не именная. И секретарша Чугунова великодушно дает ее напрокат на одно посещение, только, правда, умоляет ни в коем случае не играть в клубе в боулинг. А то там отдельный счет выставляется, космический.
— Знаешь, я порой тебе просто удивляюсь, Вадя, — шепнула Катя тихо и задушевно.
— Это в каком смысле? — хмыкнул Кравченко недоверчиво.
— Мне иногда просто не верится, что этот поразительный человек, умеющий делать невозможное возможным, на которого всегда можно положиться, — действительно мой муж...
Кравченко кашлянул.
— Ну ладно... Пой, пой, соловушка. Перехвалишь еще, совсем зазнаюсь... Кстати, я завтра свободен, дежурство в восемь утра сдам, так что смогу подбросить тебя туда, если, конечно, желаешь.
— Очень, очень желаю. Целую тебя и очень люблю! До завтра.
Катя снова вздохнула: да, тактика. Кнут и пряник. Последний гораздо приятнее. Она тут же перезвонила в розыск Колосову, кратко доложила новость.
— Завтра утром у меня уже будет на руках карта, — похвалилась она. — И завтра как раз четверг. Это наш шанс. Я завтра останусь с утра дома, пусть ваши мне позвонят, если выяснится, что Салютова едет с детьми в Крылатское. Договорились, Никита?
— Договорились, — ответил Колосов. Помолчал, хмыкнул. — Ну, ты даешь, Катерина Сергеевна...
— А там бассейн с морской водой, — снова похвасталась Катя. — Буду нырять там как русалка. Это в январе-то месяце!
— Если что-то будет этакое... Ну, в общем, сразу мне звони. Я с утра в главке, вызвал на допрос гражданку Басманюк. В любом случае жди звонка, мы обязательно поставим тебя в известность о том, что происходит в Ильинском.
И звонок на следующее утро раздался ровно
