Личная жизнь - Владимир Далецкий

Мать уже поставила на стол глубокие тарелки с картошкой и салатом. Теперь хлеб порезать нужно. Беру свою тарелку и накладываю картошки и салата, теперь – котлету. Очень уж мне есть хочется. Из-за утренней суеты в замке, когда мы накрывали на стол, совсем не успела что-нибудь съесть. Да и не до того было! Ем картошку с салатом и котлетой и все думаю: как бы это более дипломатично изложить ситуацию, в которую я попала? Не говорить же в лоб – меня выгнали со школы! На время. На какое? Да откуда я знаю!

Просто мать у Степанова – большая скандалистка. Если она возьмется выводить меня «на чистую воду» – жди беды! Будет, как это говорится, «звонить во все колокола». Сделает меня преступницей, пытавшейся искалечить ее бедненького, маленького сыночка. Да его из пушки не застрелишь! И правильно, что вложила ему немного мозгов. Теперь будет думать, прежде чем говорить! Ну, довольно лирики, пора переходить к делу.

– Мама! – начинаю я свою извечную песенку.

– Ну, что еще стряслось? – сразу врубается моя мамуля. У нее нюх на мои неприятности.

– Я со Степановым повздорила, – начинаю я свою невеселую исповедь.

– Это высокий, крупный такой мальчик? – перебивает меня мать.

– Очень большой идиот! – невольно улыбаюсь словам матери. – Да и с головой не дружит. Вчера на меня наехал. Я и врезала ему по головешке.

– Никогда не обзывай людей! – начинает вразумлять меня мама, но потом заинтересованно спрашивает: – А как ты достала? Он же высокий.

– Он же за партой сидел, – терпеливо объясняю диспозицию матери.

– И сильно врезала? – спрашивает мать и смотрит мне прямо в глаза.

– Хватило, чтобы случилось у юноши сотрясение отсутствующего мозга. Точнее говоря, я ему мозги вправила.

– Да, – тянет задумчиво мать. – Устроит его мамаша нам веселенькую жизнь!

– Уже, – махаю я в воздухе вилкой, словно мух отгоняю.

– Что уже? – не сразу врубается мать.

Конец ознакомительного фрагмента.